Новый год. Встреча с прекрасным

05 января 2018, 14:15

Новогодние каникулы, как говорится, перевалили за экватор. Можно подводить предварительные итоги.

Первое, что бросилось в глаза. Новогодние праздники перестали быть бесконечной обжираловкой с таким же бесконечным возлиянием. Исключительно мои субъективные впечатления, но тем не менее…

За все праздники увидел всего одного откровенно пьяного, и то в своей деревне. Да ещё из новостей узнал, что житель Новгородской области во время празднования Нового года отрезал своему знакомому голову.

В целом же народ предпочитал вести активный образ жизни без кровопролития. Любопытная статистика. Одно из московских турагентств предлагало на январские каникулы 70 вариантов двух-трехдневных поездок. Так вот. 31 декабря не было уже ни одного свободного места.

Первого января мы ходим в кино на самый первый сеанс. Таких любителей кино оказалось достаточно много. Кстати, смотрел «Движение вверх». Если без подробностей, то фильм получился классным. В 1972 году я еще активно играл в баскетбол, поэтому фамилии баскетболистов сборной всегда были на слуху: Беловы, Едешко, Паулаускас… В общем, фильм рекомендую.

Еще через два дня собрался в Третьяковскую галерею. Не был лет тридцать. На дорогах было оживлённо, но удалось практически без проблем припарковаться недалеко от галереи. Но рано музыка играла. Желающих приобщиться к прекрасному оказалось слишком много. Почти километровая очередь. Встречу с прекрасным пришлось отложить. Ещё лет на тридцать. А вообще здорово, что столько людей предпочитают музей салату «оливье». Поэтому просто прогулка по Москве. На улицах было не очень многолюдно. «Немноголюдие» было чисто славянским с вкраплениями коренных москвичей. Расистское наблюдение. Тем не менее, очень приятное. Стыдно, конечно, за такие наблюдения.

Третьяковка

Еще за праздники много читал и даже посмотрел старый сериал «Вечный зов». Блестящая игра Ады Роговцевой. В целом же пересмотрел и перечитал старые советские фильмы и книги: «Дорогой мой человек», «Небесный тихоход», «Новое назначение», «Именительный падеж» и т. д. Какое же замечательное время было. На мой вкус курильщика самая лучшая часть советской эпохи. Курили не все, но зато везде. На работе и дома, в ресторане и в поезде, в минуты радости и печали. Количество пепельниц точно превышало количество современных гаджетов. Все было хорошо, и никто не жаловался, пока не пришла тлетворная зараза с Запада — здоровый образ жизни. С этого момента и начинается гибель западной цивилизации: харассмент, однополые браки, толерантность и прочая лабуда. Чтобы нас не постигла эта участь, курите на здоровье.

кино

И ещё одна маленькая радость. На «Одинцово-ИНФО» наступило почти политическое затишье. Не полное, конечно. Но мозг сильно не засирали. Жаль, что не на долго. А пока радуйтесь праздникам и тянитесь к прекрасному.

3.233.226.151

2 720
Ошибка в тексте? Выдели её и нажми Ctrl+Enter
Новогодние каникулы, как говорится, перевалили за экватор.
Открою тайну, НГ ходит через меридианы, точнее по часовым поясам, А у некоторых уже 1-го января на работе, а то каникулы, в каждой стране по разному…
Цитата: На мой вкус курильщика самая лучшая часть советской эпохи. Курили не все, но зато везде.
Сама курю воздержанно,
«Товарищу Янсу, пароходу и человеку» © по Маяковскому
besogon1969: Опять — двадцать пять! Тебя в детстве мама с бабушкой по голове били, что ли? Серишь, где ни попадя, попортил, понимаешь, все янсовское блОгочиние… Сколько тебя уже можно к лотку приучать, обрыган бестолковый?
Больной ты человек, стробобес. Статья хорошая, не твоё нытье о неудачной жизни, нет, бл…, и тут надо нагадить.
«Движение вверх» вчера смотрел. Хорошее патриотическое кино, без лишнего пафоса.
Да, в реальности многое было не так (болезнь Белова случилась много позже Олимпиады, сын Кондрашина не был инвалидом, Паулаускас очень хорошо относился к русским). Но в художественном фильме это допустимо.
И это кино показывает всю красоту баскетбола. В школе мне очень нравилась эта игра, болел за Джордана и «Чикаго Буллз» И сам немного играл.
P.S. Ещё пересматривал «Я родом из детства» — какой же там Высоцкий классный!
А читать взял «В окопах Сталинграда» Виктора Некрасова, но на праздниках тяжело идёт столь серьёзная книга.
Кстати, надеюсь, со временем снимут фильм и о команде Гомельского, которая привезла золото из Сеула-88. Тогда в полуфинале СССР уверенно обыграл лучших американских студентов. Некоторые из них вскоре стали звёздами НБА, например «Адмирал» Робинсон. А в финале наши разбили югославов.
Георгий наблюдателен. Мне понравилась заметка. Но вот табачным дымом он зря нас пытается запугать)))
Matthaus: А читать взял «В окопах Сталинграда» Виктора Некрасова, но на праздниках тяжело идёт столь серьёзная книга.
Отличный выбор. Это одна из лучших книг о войне. Она и выделяется многим из общей военной литературы. Она просто другая. Да и написана очень вскоре после войны, едва ли не в 46-м году (?). И пафоса в ней нет ненужного. Настоящая окопная правда. Но не сказал бы, что слог автор тяжел…
Я дважды её перечитывал.
А вот за Астафьева никак не возьмусь. Ленивец осилил, а я пока не могу.
Если ещё про войну, нестандартное, то Владимира Богомолова рекомендую «Жизнь моя, иль ты приснилась мне». Последняя его книга. Вот там есть тяжелые вещи, но книга достойнейшая, опять же без пафоса.
biunit: Да и написана очень вскоре после войны, едва ли не в 46-м году (?).
Да, по горячим следам, что называется. И Сталинскую премию автор получил.
biunit: А вот за Астафьева никак не возьмусь. Ленивец осилил, а я пока не могу.
Я ещё двухтомник Бондарева купил. Что-то надо перечитать, что-то открыть…
biunit: Если ещё про войну, нестандартное, то Владимира Богомолова рекомендую «Жизнь моя, иль ты приснилась мне». Последняя его книга. Вот там есть тяжелые вещи, но книга достойнейшая, опять же без пафоса.
Благодарю за рекомендацию. Кроме «Момента Истины» я у него ничего не читал, так что надо восполнять пробелы
biunit: Но вот табачным дымом он зря нас пытается запугать)))
Напротив, я говорю, что не надо пугаться табачного дыма. Он прекрасен.
В советской литературе проза о войне, пожалуй, самая качественная и талантливая. Даже термин такой появился «лейтенантская проза». Сильное впечатление в свое время от бондаревского «Берега».
biunit: Последняя его книга. Вот там есть тяжелые вещи, но книга достойнейшая, опять же без пафоса.
Почитайте «Если не генералы» Лебединцева и Мухина. Очень интересно, почитать о войне от, так сказать среднего звена ПНШ-1.

e-libra.ru/read/186816…oennogo-sosloviya.html
А так я сейчас очень много передач слушаю на канале Гоблина, именно что слушаю, скачивая аудиоверсию видео.
Очень интересный цикл Павла Перца у Гоблина про Народовольцев. Мне как революционеру надо знать подробно историю революционного движения в России.
Пардон, лучше вот эту книгу.
Здесь препарируются воспоминания Лебединцева, почти всю войну провоевавшего в должности первого помощника начальника штаба полка.
А в самом конце войны, офицера штаба армии, а затем совсем недолго начальника штаба полка.
litmir.me/br/?b=108260&p=1
Мдя. В кино абсолютной нормой стала дружеская беседа мужчин, совместно справляющих нужду в писсуары общественного туалета, а вот сценка про «то что ты дал мне закурить»© теперь стала бы таким же абсолютным откровением.
Предисловие
Скажи-ка, дядя…
М. Ю. Лермонтов
А. 3. ЛЕБЕДИНЦЕВ. Написаны уже сотни книг, в которых авторы доказывают, что во Второй мировой войне наша Красная Армия понесла неоправданные потери из-за глупости Верховного главнокомандующего в войну, маршала, а после нее ставшего Генералиссимусом Советского Союза Иосифа Виссарионовича Сталина.

Может быть. Мне со Сталиным служить не довелось. Но я не встречал ни одной книги, в которой бы специально разбирался вопрос: а сколько миллионов солдат мы потеряли из-за тупости и подлости остальных отцов-командиров?
Я такую книгу тоже не могу написать, могу лишь ответить по этой теме то, что я сам видел, о чем читал и что слышал от своих товарищей и сослуживцев. Имею ли я на это право?

22 июля 1998 г. я провел в Волгоградском объединенном районном военном комиссариате около трех часов и полностью ознакомился со своим личным делом. Сообщил сотруднику, что я работаю над рукописью и желаю уточнить даты прохождения своей службы, и он разрешил мне сделать необходимые выписки.

Оказалось, что курсантом пехотного училища я был зачислен 25 апреля 1941 г., военную присягу принял в июле, видимо с началом войны, а уволен в запас по возрасту по ст. 59, п. «а» с правом ношения военной формы по приказу МО №0180 от 22.02.1973 г.

На первой странице послужного списка приведены даты и номера приказов за подписью тех командующих, кои жаловали меня очередными воинскими званиями от лейтенанта в 1941 г. до полковника в 1963. Далее шел перечень всех учебных заведений, какие мне суждено было закончить. Потом были записаны наименования всех фронтов, на которых довелось сражаться в различных качествах. Завершался послужной список перечислением всех должностей за 32 года службы, из которых 2 года 2 месяца и 17 суток пребывания непосредственно на переднем крае в пехоте от командира взвода пешей разведки до начальника штаба стрелкового полка в самом конце войны.

Учитывая, что один год на фронте приравнивался к трем годам в мирное время, то моя выслуга была определена в 35 лет, что и указано в моем пенсионном удостоверении.

Итак, я начал войну «Ванькой-взводным», потом командовал стрелковой ротой. Через некоторое время комбат неожиданно обнаружил у меня задатки по составлению текстуальных и графических боевых документов. Я легко ориентировался на местности при сличении ее с картой.

Теоретически это должен уметь делать каждый офицер, но и тут теория не совпадает с практикой. Поэтому уже во время войны меня часто стали использовать для службы в штабах, впрочем, дальше полкового штаба я тогда в тыл не уходил, а на переднем крае бывал даже чаще, чем командир батальона в своих ротах.

Полководцы издавна обратили внимание, что, прежде чем приступить к командованию войсками на поле боя, надо чтобы кто-то их войска к этому полю привел. Поэтому-то праматерь всех российских и советских академий Генерального штаба имела свое первое название «Школа колонновожатых». Напомню, что в битве при Ватерлоо и к Наполеону, и к Веллингтону шли подкрепления, но генерал-фельдмаршал Блюхер свои войска к Веллингтону привел вовремя, а маршал Груши к Наполеону опоздал. Наполеон проиграл битву и окончательно лишился короны.

Видимо, плохой был у Груши начальник штаба.
Правда, мне Академию Генерального штаба закончить не пришлось. Тем не менее в 1968 году именно мне дове-
рили контролировать выход 5-й гвардейской мотострелковой дивизии по 7-му маршруту в Прагу. И она вышла по полевым дорогам ночью в установленный срок, за что я был удостоен солдатской медали, которой мои отцы-командиры обходили меня в лейтенантские годы. Так что и по этим формальным признакам нельзя сказать, что я плохой офицер. Четверть века последней моей службы при генералах и маршалах дают необходимый кругозор в подлинной, а не в парадной или мемуарной оценке командования.

У читателя может сложиться негативное отношение ко мне. Что же тут поделаешь? Хочу только сказать, что я написал эту книгу не для личной славы и не для оправдания. Если моя жизнь была ошибкой, то не совершайте таких ошибок! Мне уже за 80, и у меня, как и у Советской Армии, все позади. И я пишу для того, чтобы у нынешней Российской армии отцы-командиры были умными, честными, храбрыми и смелыми, чтобы они взяли у нас все хорошее, что у нас было, и отказались от всего плохого, что у нас, к сожалению, тоже имелось.
В добрый час…
Ю. И. МУХИН. Мне прежде всего следует ответить на вопрос, зачем и почему я стал соавтором книги воспоминаний А. 3. Лебединцева. Это вопрос не простой.
Я с интересом читаю воспоминания ветеранов войны и прочел их много. Но таких, как у Александра Захаровича, мне читать еще не приходилось.

Между прочим, то же самое ему говорили и рецензенты издательств, но печатать его труд не спешили. Понять их можно — они коммерсанты, им нужно, чтобы книга продалась большим тиражом. А сегодня мемуары не пишет только ленивый и в условиях, когда читателей стало уже меньше, чем писателей, воспоминания еще одного ветерана просто затеряются в грудах остальных мемуаров.

Множество военных воспоминаний написано профессиональными литераторами для их «авторов». В результате в таких мемуарах показана война не такой, какой она была, а такой, какой ее представляет литератор. Лебединцев ни в каких литераторах не нуждается, и его взгляд на войну — это действительно взгляд фронтовика с цепкой памятью.

Однако это не все. Сложно сказать, в силу каких причин, но Александр Захарович написал о том, о чем редко кто пишет. Он вспоминает большое количество сослуживцев, которые являются целой кастой нашего общества — офицерством. И в отличие от остальных мемуаристов, он характеризует офицерство не только с героической стороны. Кастовая солидарность подавляющего числа остальных мемуаристов не дает им это сделать, и они описывают коллег по принципу: или хорошо, или ничего.

В результате воспоминания Лебединцева представляют ценность для анализа этой касты, а этого до сих пор никто не делал. Сталина у нас можно ругать и поносить сколько угодно, можно обвинять его даже в том, что он утром 22 июня 1941 г. не бегал вдоль границ и не будил наших спящих солдат, но офицеров — не тронь! Это сплошь одни герои!

Прочитав рукопись (а в эту книгу вошла едва половина ее — та, которая заканчивается 1945 годом), я предложил Александру Захаровичу переделать его воспоминания в книгу об офицерах, для чего рассмотреть тогдашнее и нынешнее офицерство на примерах из своих же воспоминаний. Он пробовал, но не смог этого сделать, и причина, думаю, не в том, что он не понял замысла.

Проблема в том, что он, пожалуй, один из лучших, если не самый лучший председатель общества ветеранов своей дивизии в СССР. Как говорят его родные, он свой «Москвич» продал, но оборудовал 60 школьных музеев на боевом пути дивизии стендами о ее истории. Он организовал десятки встреч ветеранов, и если для нас упоминаемые им в тексте офицеры это просто фамилии, то для него это не только конкретные люди, но и их дети с внуками, с которыми он тоже знаком. И если он еще может описать, как реально происходило дело, то у него не поднимается рука дать надлежащую характеристику тому или иному человеку. Сегодня он жалеет всех своих соратников и через эту свою жалость к ним преступить не может. Мы оказались в тупике.

Тогда я пообещал Александру Захаровичу, что найду время и сам из его рукописи вычленю эпизоды по темам:
офицерской храбрости и трусости, смелости и нерешительности, честности и подлости и т. д., и к этим эпизодам допишу свои соображения. Получится два взаимосвязанных, но независимых текста: воспоминания А. З. Лебединцева, как он их

написал, и мои комментарии, за которые ответственность несу только я. Поэтому структурно книга состоит из двух частей. В первой части я оставил те эпизоды из жизни А. З. Лебединцева, которые не подошли к рассматриваемым темам книги. И хотя я и к этой части даю комментарии, но цель этой части книги в том, чтобы ознакомить читателя с общим фоном, на котором происходили события, описанные Александром Захаровичем во второй части. А во второй части воспоминания Лебединцева взяты из разных по времени периодов его военной жизни и скомпонованы так, чтобы с их помощью можно было раскрыть тему главы.
Ещё по давней рекомендации одной знакомой посмотрел «Нелюбовь» Звягинцева.
Фильм о том, как отсутствие любви в семьях множит беды и делает несчастными детей.
Это гораздо убедительнее и правдивее, чем «Левиафан».
strobokop: Больной ты человек, стробобес. Статья хорошая, не твоё нытье о неудачной жизни, нет, бл…, и тут надо нагадить.
Опять ты, правосэко, задудел в свой дудук…
besogon1969: Опять ты, правосэко, задудел в свой дудук…
Янс, Вы бы это. Вы бы упокоили его как-то. Камменты тереть харам, но все же. Ну не знаю.
Увидимся в Глобусе
Комментарии гостей публикуются только после подтверждения e-mail адреса