ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

540
Среда, 25 июля 2018, 21:39

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

 

 

1.

Очень трудно многие вещи понять, но еще труднее принять, когда весь твой опыт само тво; существование протестует против этого. Я помню, как был пораж; н, когда увидел первого в своей жизни нищего — грязного и вонючего безногого инвалида; я помню, как мне довелось впервые увидеть пьяной мою мать…. И бесполезно было объяснять, что новый год, что в этот праздник можно и расслабиться… что она в остальные дни года великая трезвенница…, тем страшнее оказался для меня контраст. Хорошо помню мою бабушку, которая из-за высокого давления не могла встать на ноги и ползла в туалет на четвереньках. Это зрелище меня так поразило, что я испытывал невыносимый стыд за то, что моя баба Дуся так глупо передвигается. И у меня и в мыслях не было подойти и помочь, вместо этого я отвернулся и лишь брезгливо оглядывался… Давно уже взрослый я до сих пор вспоминаю и возвращаюсь к тем вещам, которые так меня шокировали… это гниющие занозы моей памяти.

2.

Любин телефон обычно молчал. Звонили ей лишь изредка. Но у меня сложилось впечатление, что она постоянно жд; т звонка. Один раз я заметил, как она в нерешительности хотела набрать чей-то номер, но, поколебавшись, она бросила трубку и через пять минут устроила мне показательный скандал, обнаружив, что я сломал ее любимую вещевую щетку…

— Люба, да она была такая древняя, что буквально сама рассыпалась после нескольких усилий…

— Ты что не мог обойтись без не;… И вот что давай, собирайся… посети свою любимую бабушку, а у меня сегодня на вечер есть свои планы, — и немного смягчившись, она добавила — после двенадцати тебя жду — приезжай.

Я не чего не сказал, лишь собрался и ушел в очередной раз, думая, что навсегда.

3.

Что же мной двигало? Отчего я вс; более и более присушивался к этой моей не паре? В наших отношениях не было ничего кроме секса. Я понимал, что пропасть невероятно глубока. Кажется, что расстояние между нами такое маленькое только руку протяни, ну погляди вниз, и ты вс; поймешь. Я упорно не понимал и не хотел смотреть вниз. С зашторенными глазами как одержимый я ждал своего Шептуна человека, который бы выслушал меня и принял таким, каков я есть со всеми моими бредовыми мыслями. Мне как никогда была нужна поддержка. И я её нашел. По Щучьему велению по моему хотению. Мой брат, буквально свалившийся мне на голову со всеми своими такими смехотворными для меня проблемами, заставил почувствовать ту родную жилетку, в которую я мог поплакаться.

4.

А плакаться было, есть чего. Не успели мы с ним пересечься, еще даже толком обменяться родственными любезностями, как меня понесло. Невинный вопрос Шуки «Как дела» вызвал во мне такой обвал накопившихся чувств как будто точный выстрел направленного взрыва во время профилактической ликвидации угрожающих для жизни окружающих лавин. Вскоре, забыв вообще, именно для чего мой двоюродный брат со мной встретился, я планомерно выкладывал и выкладывал перед ним слой, за слоем начиненный моими страданиями кусок пирога свердловского увлечения женщиной, которой было абсолютно наплевать на меня, и в которой я так нуждался. Правда мне хватило ума передать Щук главное то, что Люба обладает некой суммой, этих денег вполне могло бы хватить на покупку машины и что при определенных условиях, о которых я и понятия не имею, она ему эту самую сумму могла бы одолжить за незначительную услугу. От этих моих слов Щука вмиг посерел, его радость от встречи со мной улетучилась, и он произнес сакраментальное, то о чем я предполагал тоже: «Рома, в каких-то вещах ты меня восхищаешь, а в каких-то удивляешь своей наивностью. Запомни, что бесплатный сыр может быть только в мышеловке…»

5.

Впрочем, несмотря на такое аргументированное замечание, Щука тем не мнение решил все-таки отправиться со мной и узнать лично, какую ловушку ему заготовили. До дома Любы мы решили дойти пешком. Теперь говорить настала очередь брата. Он ш; л такой ладный уверенный в себе коренастый мужчина какой-то своей особенной поступью и мне представлялось, как именно так Щука перемещается по лесу. Как-то еще до моей службы в армии он взял меня собой на охоту, которая сразу же началась с моего конфуза. На улице в то осеннее утро ш; л дождь и я имел глупость появиться на месте сбора охотников с раскрытым зонтиком. Что тут началось, я даже и представить не мог такой реакции… впрочем, спустить курок на зайцев у меня в тот день так и не хватило духа.

— Так что братишка ты действительно угодил в Афган?

Я лишь дал согласие кивком головы. Мо; словоохотие иссякло.

— Твоя мать писала, что ты был там, в относительной безопасности…

— Зачем тебе эта машина? Ты же безвылазно в лесу? — говорить о мечте Щуки мне оказалось намного приятней. Да и что я мог сказать брату о своей службе? Лишь то, что меня забросили в каменный мешок, где мы все варились в собственном дерьме, поте и невыносимой скуке, разбавляемой ежедневными упражнениями в стрельбе по пустым консервным банкам и многочисленным ящерам, оставляющим после себя бордовые размазанные пятна.

— Щука, зачем тебе эта машина? К жене собрался наведываться?

— Ты Рома как я погляжу, умный парень вот армию закончил. В Афганистане служил, а мозги у тебя как у тринадцатилетнего. Я что, дикарь, что ли чудище-юдище лесное? Такой же человек, как и ты, просто я лес люблю больше всего на свете. Для меня жизнь без леса не жизнь, а так, существование. А машина мне нужна. Василич свою продает. Знатная у него тачка настоящий вездеход полноприводный (Нива переделанная) Зверь о четырех колесах.

И всю оставшуюся дорогу до Любиного дома мне пришлось выслушивать и как же это замечательно иметь личный автомобиль и стать абсолютно независимым, как будто ушедший в лес навсегда и бесповоротно Щука может стать более свободным со своим металлическим монстром.

Конечно же, в этих своих размышлениях я был не прав, и машина в лесу была действительно не роскошь, а средство к передвижению, да и никакого отношения к уровню свободы она тоже не имела (хотя, впрочем, чем более я живу, тем для меня очевиднее становится то, что свобода, как пойманный зверь определяется уровнями длинны поводка… наших сокровенных желаний).

6.

«Так что же все-таки запросит Люба за предоставляемый кредит? Что она такого придумала?» Я ощущал себя гадко и мучился своим неведеньем. Щука же, казалось, совсем об этом не думал, и только играющие на его скулах желваки могли выдать степень его напряженности.

Мне опять вспомнился Афган. Прошло сто дней после моего возвращения. Я поймал себя на том, что по армейской привычке считаю не месяцами, а сутками. Слишком быстро я отошел ото всего того, что меня разделяло с мирной жизнью. Как я мечтал после возвращения днями валяться на кровати у себя в комнате и говорить, говорить с мамой… а вместо этого собрал чемодан и уехал. Моя страсть к Любе была запрограммирована намного раньше моего появления в Свердловске и крылась в неприятие одиночества, обделенного материнской лаской сына.

 

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Комментарии гостей публикуются только после подтверждения e-mail адреса
garpunkuls
garpunkuls
Лимассол, Антея стрит 4041
на сайте 16.12.2018 15:42

Блог (2384)
Фото (58172)